Золотые самородки в океане

На фоне того, что минералы и драгоценные металлы безвозвратно исчезают из недр Земли на суше, компании по их добыче устремляют свои взоры в сторону океанов и их глубин. Пройдет совсем немного времени, и на планете снова начнется золотая лихорадка, но уже подводная

На океанском дне, на глубине больше километра лежат сокровища в количествах, не снившихся ни одному кладоискателю: огромное количество золота, меди, цинка и дорогих минералов, из которых создать к примеру браслеты мужские с бриллиантами не составит особого труда.

Учёные знают об этом давно, но всё увеличивающийся спрос на такие драгоценности вызвал настоящий интерес к океанским кладам. Сокровища не лежат в трюмах затонувших кораблей, но в природных месторождениях полезных ископаемых, и некоторые компании готовы начать их разработку в ближайшие годы.

Залежи найти нетрудно, пласты месторождений можно обнаружить по всему океанскому дну в местах, где гидротермальные источники выбрасывают металлы и минералы в больших концентрациях.

Подводные гейзеры извергают воду, нагретую до 600 градусов по Цельсию. Когда эти горячие потоки, поднимаясь, достигают ледяной морской воды, минералы в виде осадка падают на морское дно.

Разные источники выделяют разные драгоценные соединения. При этом по данным Национального управления океанических и атмосферных исследований (NOAA), на океанском дне сейчас столько золота, что если раздать его человечеству, то получится по 4 килограмма на каждого, живущего на Земле.

Учитывая сегодняшние цены на золото, это больше 150 триллионов долларов.

Положит ли это начало новой индустрии?

Новой добывающей отрасли придётся решить множество задач – от разработки новых технологических приспособлений и необходимости крупных финансовых вложений до улаживания разногласий с защитниками окружающей среды, рыбаками и жителями прибрежных зон.

Подобные препятствия в Папуа-Новой Гвинее преодолевает молодая компания Nautilus Minerals. Её представители надеются запустить там первую глубоководную добывающую операцию, поскольку океанское дно в этих местах богато рудами, содержащими медь, цинк и золото объёмами, стоимость которых оценивается в миллионы долларов.

В прошлом году правительство Папуа-Новой Гвинеи предоставило канадской фирме двадцатилетнюю лицензию на разработку тридцатикилометрового участка вдоль побережья в Новогвинейском море на юго-западе Тихого океана.

Компания планирует разработку месторождения, называемого Solwara 1. В процессе планируется объединить достижения нефтедобывающей глубоководной индустрии с возможностями новых глубоководных роботов. Ожидается, что объёмы добычи составят миллион триста тысяч тонн в год.

Вице-президент Nautilus Minerals Саманта Смит, курирующая вопросы корпоративной социальной ответственности, утверждает, что разработка морского дна безопасней и экологичней, чем подобная деятельность на суше.

Она сообщает: «Не нужно разрушать никаких горных образований, чтобы добраться до рудных жил. Отходов ожидается на порядок меньше, не нужно будет переселять местных жителей. Разве социально это не более выгодный вариант?».

Всё же, работы на глубине километра с лишним, где давление в 160 раз выше, чем на суше, и где температура воды варьируется от нуля до сотен градусов выше точки кипения – дело сложное и затратное в сравнении с сушей.

В Nautilus Minerals сообщают – они собираются задействовать три дистанционно управляемых механизма, напоминающих гигантские газонокосилки для сбора драгоценных донных отложений и для пересылки их по трубопроводу на километровую высоту.

Трубопровод будет оснащён механизмами для удаления излишков воды и ненужных пород, которые будут возвращаться обратно на морское дно. Это поможет избежать загрязнения водной поверхности. Добытую руду будут транспортировать к специальным концентраторам для избавления от ненужных примесей.

Неизвестные последствия

Дно океана – по-прежнему очень малоизученное место, редко посещаемое людьми и таящее в себе много неизвестного для решивших его осваивать.

К слову, учёным только в 1977 году удалось доказать существование подземных гейзеров.

Именно в том году участники экспедиции, состоящей из геологов, геохимиков и геофизиков, представляющих различные институты, доказали существование подземных геотермальных источников в Галапагосской расщелине, засняв их на камеру во время погружений на глубоководном аппарате «Элвин».

Высокая температура воды и обилие животного мира стало для исследователей неожиданностью.

«Кода люди впервые спустились на эту глубину и увидели это своими глазами, это стало для них откровением» – вспоминает Майк Коффин из австралийского института в Тасмании. «Иллюминаторы глубоководного аппарата могли расплавиться даже при более низкой температуре воды, чем была у той, что извергали гейзеры».

Взорам учёных, ожидавших увидеть пустынный ландшафт, предстали различные морские обитатели: улитки размером с теннисный мяч, двухметровые рифтии (гигантские кольчатые черви; прим. mixednews.ru), пурпурные осьминоги, абсолютно белые крабы и морские скаты.

Оказывается, что вдалеке от солнечного света, минералы, которые собираются добывать со дна, поддерживают жизнь целого семейства живых существ.

Поэтому многие учёные опасаются, что глубоководные добывающие работы могут представлять опасность для малоизученных живых обитателей тех мест, ведь их привычная среда подвергнется изменениям.

«Мы ещё только в самом начале решения проблем коммерциализации морских глубин» – говорит директор морской кафедры университета Дьюка Синди ван Давер. «И пытаемся как можно отчётливей обрисовать круг задач».

Ван Давер участвовала в первой глубоководной экспедиции биологических исследований подводных гейзеров в 1982 году. Она – единственная женщина, когда-либо управлявшая глубоководным аппаратом «Элвин». Несмотря на немалые успехи океанических исследований, эта наука по-прежнему очень молода.

Что же касается возможного воздействия разработок дна на глубоководные формы жизни, то Ван Давер об этом говорит так: «Необходимо провести специфические исследования. Мы слишком мало знаем о глубоководной экосистеме и ещё не понимаем, что можем потерять».

Она добавляет: «Мы даже не знаем, что именно нам нужно узнать».

Защитники природных ресурсов тоже желают узнать о подводных гейзерах и о методах разработки дна как можно больше.

Лидер одной из австралийских организаций, протестующих против разработки подводного месторождения, Хелен Розенбаум, говорит, что идея глубоководной разработки нова для всего мира.

Она заявляет: «Это будет первая в мире попытка подобной эксплуатации морского дна. Нам неизвестны последствия этих действий, поэтому нужно руководствоваться мерами предосторожности. Если мы будем осведомлены о возможных последствиях, мы можем сесть за стол переговоров».

Розенбаум добавляет, что общественность Папуа-Новой Гвинеи проявляет растущее беспокойство возможностью потери заработков местными жителями в результате разработок морского дна и жалуется на отсутствие информации.

Участников протестной компании особо беспокоят последствия воздействия токсичных тяжёлых металлов на здоровье местного населения и на популяции рыб. Они говорят, что отчёт по безопасности, представленный компанией-разработчиком, содержит пробелы, касающиеся химических свойств веществ, которые в процессе разработки будут подниматься со дна и относиться течениями к побережью.

«Проект разработки месторождения Solwara 1 рассчитан на три года» – говорит Розенбаум. «Добывающая компания надеется убраться отсюда раньше, чем всплывут проблемы токсичности тяжёлых металлов, ведь до возникновения таких проблем может пройти несколько лет».

Активисты протестующей организации связывают наблюдаемые в регионе «мутную воду, гибель тунца и вялую реакцию местных акул на «Зов», издавна практикующийся местными жителями» с предварительными работами по испытанию оборудования компанией-разработчиком Nautilus Minerals.

«Зов акул» – местный религиозный ритуал. Он заключается в том, что местные жители с помощью приманки «подзывают» акул и ловят их вручную.

Ещё одна причина для беспокойства – местное правительство получит тридцать процентов добытых минералов в качестве оплаты за возможность разработки месторождения.

Добывающая компания и правительство в данный момент судятся из-за финансовых разногласий по поводу разработки месторождения, однако участники протестующей организации опасаются, что материальная заинтересованность помешает правительству принять объективное решение.

Финансовые выгоды

Саманта Смит из Nautilus Minerals настаивает на том, что компания принимает меры предосторожности и действует открыто. По её словам, самая большая трудность – это финансирование.

Здесь играют роль нестабильность цен на сырьевом рынке, высокая стоимость работ на большой глубине и финансовые разногласия с правительством Папуа-Новой Гвинеи.

В ноябре прошлого года в компании заявили о приостановке создания необходимого оборудования из-за материальных проблем. Смит заверяет о поиске руководством компании решения, позволяющего продолжить деятельность, и говорит о возможности начать разработку дна уже в 2014 году.

Многие мировые компании также рассматривают возможность разработки морского дна в южной части Тихого океана.

Международный орган по морскому дну (создан для контроля и разработки международных районов морского дна; прим.), действующий в рамках международной конвенции ООН по морскому праву, в течение последнего десятилетия предоставил ряду стран разрешения на исследовательскую деятельность в этом направлении. В этот список попали Индия, Франция, Япония, Россия, Китай, Южная Корея и Германия.

Стоит ожидать, что финансовые выгоды будут вовлекать в этот процесс всё больше стран-участников.

«Всем движет экономика» – говорит Майк Коффин из института в Тасмании. «Технические возможности расширяются, а учёные идут за старателями по пятам, пытаясь просчитать последствия. Желательно, чтобы существовал какой-либо иной сценарий развития событий».

(3204)